Венчание

Венчание

Венчание

(царица Екатерина – врачеватель Петровой души)

В феврале 1712 состоялась свадьба. Петр женился не как царь, а как «простой» русский адмирал Петр Михайлов. В посаженые отцы он пригласил своего начальника – вице-адмирала Корнелия Крюйса, а также своего коллегу контр-адмирала галерного флота Змаевича. Посажеными матерями стали жена Крюйса и вдовствующая царица Прасковья Федоровна, вдова покойного брата и соправителя Петра – Ивана Алексеевича. Гостей было немного – в основном, моряки и кораблестроители. Присутствовали и иностранные дипломаты. Один из них, английский лорд Уитворт, описал царскую свадьбу и даже отметил, что шлейф за невестой несли две прелестные маленькие девочки – дочки императора Анна и Елизавета. Во время церемонии они вместе с матерью обошли вокруг аналоя, становясь таким образом «привенчанными» – узаконенными по церковному обычаю.

Венчалась пара в петербургской церкви святого Исаакия Далматского. Тогда она еще не была тем величественным Исаакиевским собором, который мы привыкли видеть. Деревянная прямоугольная в плане церковь 9×18 м была переоборудована из бывшего чертежного амбара Адмиралтейства. Башенку амбара превратили в колоколенку, водрузив над ней шпиль с крестом. С другой стороны покатой крыши была сделана небольшая деревянная русская маковка. В совсем еще молодом городке Петербурге эта церквушка считалась главным храмом.

Став законной супругой императора, Катерина не изменилась. Она по-прежнему была ласковой, преданной, заботливой женушкой, разделявшей все интересы своего великого мужа. Она очень старалась соответствовать ему, составлять ему достойную пару. Как в былые времена, она заботливо штопала его одежду. Когда он уезжал в свои бесчисленные поездки, посылала ему то пива, то еще какого гостинца, которого он не мог сыскать в чужих краях. Петр тоже присылал в ответ то устриц, то новое платье или кружева брюссельские, в узоре которых, по трогательной просьбе царицы, «были сделаны имена, Ваше и мое, вместе связанные». Екатерина скучала: «Когда ни выйду, часто сожалею, что не вместе с Вами гуляю». И он отвечал тем же:

«А что пишешь, что скушно гулять одной, хотя и хорош огород, верю тому, ибо те ж вести и за мною, – только моли Бога, чтоб уже сие лето было последнее в разлучении, а впредь бы быть вместе». «Токмо молим Бога: да даст нам, как и по Вашему намерению, чтоб сие лето уже последнее быть в таком разлучении», – эхом отвечала она. Порой он увещевает жену в разлуке: «Я слышу, что ты скучаешь, а и мне не безскучно ж; однако можем рассудить, что дела на скуку менять не надобно». А порой пытается развеять ее тоску веселою шуткою: «Посылаю к тебе бутылку венгерскаго (и прошу, для Бога, не печалься: мне тем наведешь мненье). Дай Бог на здоровье вам пить, а мы про ваше здоровье пили. Петр». И приписка внизу: «Хто не станет сегодня пить, тому будет великой штраф».

В конце октября 1715 в жизни супругов случилось счастливейшее событие. Екатерина, наконец, снова родила мальчика, которого назвали Петром. Родители не могли нарадоваться, каким здоровячком и крепышом уродился их сын, которого они ласково звали «Шишечкой» и «Потрошенком». С ним были связаны все династические надежды императора. Так вышло, что с сыном Алексеем от первого брака у Петра никогда не было ни любви, ни взаимопонимания.

Царевич демонстративно не принимал царских реформ, не разделял его убеждений и интересов. Вскоре конфликт Петра со старшим сыном усугубился. Царь все чаще думал об отстранении Алексея от престола. В 1717 году, когда Петр был тяжело болен, царевич сбежал за границу и начал там переговоры с европейскими правителями в надежде, опираясь на помощь австрийцев и шведов, стать русским царем, но был возвращен. В феврале 1718 г., за тайное бегство и деятельность за границей Алексея лишили права на престол. Ему было объявлено прощение при условии признания всех совершенных проступков. Но Алексей не покаялся, был предан суду и, по действовавшим законам, был осужден на смерть как изменник. Царевич умер в Петропавловской крепости 26 июня 1718 года, согласно официальной версии, от удара.

Через год, в апреле 1719 года в царской семье случилась новая беда – простудился и через несколько дней скоропостижно  умер царевич Петр, новый наследник престола, обожаемый Шишечка. Это был тяжелейший удар для обоих супругов. Екатерина не 1 знала, куда деваться от горя. Все оставшиеся    годы своей жизни она хранила игрушки и вещички маленького Потрошонка: золотой крестик, серебряные пряжечки, свистульку с колокольчиками на золотой цепочке, стеклянную рыбку, шпажку, хлыстик, тросточку…

Не меньшим ударом смерть сына стала и для отца – ведь он думал и о судьбе Отечества. А передать его он мог теперь только или жене, или дочкам. Царь все больше склонялся в пользу своей супруги. Они, как и прежде, жили душа в душу. Голштинский политический деятель Геннинг Фридрих Бассевич так описывал их отношения в 1721 году: «Он любил видеть ее всюду. Не было военного смотра, спуска корабля, церемонии или праздника, при которых бы она не являлась… Екатерина, уверенная в сердце своего супруга, смеялась над его частыми любовными приключениями, как Ливия над интрижками Августа; но зато и он, рассказывая ей об них, всегда оканчивал словами: ничто не может сравниться с тобою».

Манифест о престолонаследии приблизил Екатерину к возможности занять трон по смерти Петра. Еще ближе к этой цели она стала через два года.

1 мая 1724 г. Петр короновал Екатерину императрицей в московском Успенском соборе. Ради такого события Петр даже учредил специальную воинскую часть – конную роту кавалергардов. В нее набрали самых рослых и видных гвардейцев. Им сшили роскошную униформу зелено-красного цвета с широкими золотыми галунами и вышитыми на плечах золотыми гербами. Капитаном этой придворной роты был назначен Павел Ягужинский. В окружении этих молодцов и нарядных придворных, под звон колоколов и залпы салютов Екатерина Алексеевна вошла в великолепный Успенский собор. На ней было пурпурное с золотом парижское платье, высокую прическу украшали бриллианты. Царь красовался в небесно-голубом кафтане с серебряной вышивкой работы самой царицы и шляпе с белым пером. После молебна Петр укрыл Екатерину парчовой, подбитой горностаями мантией, возложил на голову коленопреклоненной супруги корону, украшенную редкостными жемчужинами, камнями и «яхонтом величиной больше голубиного яйца». А вечером по поводу коронации был роскошнейший пир со столами, выставленными на площади перед дворцом. Петр давал понять, что Екатерина может занять в будущем его место на троне и, вероятно, составил завещание в ее пользу.

Читайте также:

You may also like...